Я не люблю состояний, в которых не могу себя контролировать

Я не люблю состояний, в которых не могу себя контролировать

Знай меру

Я не люблю состояний, в которых не могу себя контролировать

Тутта — словно Фигаро. Мелькнет здесь, появится там, ведет один телепроект, а там, глядишь, уже работает в другом. Сейчас знаменитый ви-джей MTV трудится на канале «Звезда». В перерыве между кнопками она рассталась со своим другом, родила сына Луку и выступила в роли ведущей программы «Суперняня». Программа, к слову, обладала замечательным слоганом: «Добро пожаловать в домашний ад».

— Твой ад — он дома или на работе?

— Мой — внутри меня. Жизнь прекрасна, нам так много дано, и если вдруг есть какой-то диссонанс, то мы его сами себе устраиваем. Главное, вовремя остановиться.

— Ты, кажется, как раз остановилась. Когда-то работала как сумасшедшая, была везде — во всех телепроектах, на разных тусовках… Теперь тебя видно куда меньше. Это сознательный выбор или обстоятельства?

— Да времени просто нет! А если есть, жалко тратить его на «разное». У меня по-прежнему много работы, но хочется отдавать себя и семье, так что на тусовки хожу только по особым случаям.

— То есть, говоря проще, едва у тебя намечается свободная минутка, ты бежишь домой борщ варить?

— Не только. Я в еде люблю простоту. Просто кусок индейки. Просто огурцы-помидоры в оливковом масле. Просто сыр. Просто свежий хлеб. Я не гурман. Мне мамины соленые огурцы и нянины блинчики милее всех трюфелей в мире. И я просто стараюсь побольше времени провести с близкими или друзьями. Еще почитать люблю. По лесу побродить.

— А сыном позаниматься?

— Это вообще святое, хотя управляется с ним в основном няня. Мне принадлежат выходные и вечера. Стараюсь сама его купать и укладывать, а на уикенд мы устраиваем  походы в гости–музеи–зоопарки.

— Ты занималась в джазовом колледже… Луке колыбельные-то поешь?

— Пою, хотя он иногда говорит: «Мама, не надо петь». Наш коронный номер — «Белые Кораблики» и песенка из мультфильма про катерок.

— Говорят, что твой супруг — вылитый Абрамович. Тебе-то как кажется — похож?

— Про Абрамовича фигня. Впрочем, некоторые и Тутта Ларсен задом наперед читают и радуются. Люди любят вешать ярлыки, а мой муж просто классный мужик и все.

— Твой сын так же считает?

— С Лукой у них отношения мужские и очень трогательные. Я спокойно могу оставить их вдвоем или прийти с работы заполночь, они сами и погуляют, и поужинают, и завалятся спать. Я знаю, что сын в надежных руках, в любви и ласке.

— Ты вообще общительный человек?

— Да как сказать... С возрастом я становлюсь все более закрытой. Раньше радостно кидалась в дружбу со всеми, с кем знакомилась, и все люди мне казались прекрасными. Сейчас просто уже нет столько энергии, чтобы ее так растрачивать, но у меня по-прежнему много добрых знакомых. Я вообще страшно везучая: меня окружают потрясающие люди.

— Семейные праздники любишь?

— Обожаю! У нас почти каждый вечер в доме народ с подарками и вкусняшками. И семейные посиделки мы устраиваем регулярно — чаще всего в доме моей прекрасной бабушки. Ей 79 лет, и она моя лучшая подруга. И вообще мой кумир. На Новый год, думаю, мы все обязательно к ней поедем.

— А как ты, кстати, обычно его встречаешь?

— Новый Год и Рождество — только дома и только с родными. Опыт встречи его в кабаке или за границей был неудачным. Это семейные праздники, любимые с детства — их родители детям по наследству передают. Я хочу, чтобы Лука тоже знал и чувствовал, что новогодняя ночь — это время воссоединения всей семьи, самый теплый и интимный момент в году.

— Тосты произносить будешь?

— Тосты терпеть не могу произносить! Только если реально повод есть или расчувствуюсь. Я на работе так набалтываюсь, что за столом мне хочется тихонько млеть от вкусно съеденного и выпитого и чтоб меня не дергали.

— То есть выпить ты можешь?

— Выпиваю, конечно! Я ж русская девушка все-таки.

— По юности со всеми было одно и то же: напивались, вели себя как дураки, а потом завязывали. Было у тебя такое?

— Еще как! Пили столько и тако-о-о-е... Удивительно, что здоровье осталось при мне. Мы и бычки докуривали. Я же в общаге жила, а потом вышла замуж за рок-музыканта... Зато наркотики прошли вообще мимо меня.

— А что лично для тебя «мера» в употреблении алкоголя?

— У меня с алкоголем две стадии: предельная говорливость и сладкий сон. К счастью, мой умный организм меня оперативно «выключает», если я перебрала. Я просто нахожу какой-нибудь дальний диванчик и на нем засыпаю. Но это бывает крайне редко, я очень не люблю состояний, в которых не могу себя контролировать. Посталкогольные страхи — ужасные, так что я все-таки выпиваю, но не пью. И хорошо закусываю.

— Я смотрю, ты мудрая женщина. Может быть, и другим дашь совет? Вот, к примеру, можно ли научить кого-то не пить вовсе?

— Научить можно. Например, рассказав кучу страшилок, взывая к совести или к здоровью. Но нужно ли это? Мне кажется, что взрослые люди достаточно умны, чтобы понимать более правдоподобные вещи. Что пить нужно в меру, что алкоголь — не способ ухода от реальности, не какое-то бегство от проблем, а всего лишь инструмент для поддержания беседы, один из атрибутов праздников. А совсем не пить — это плохо!

— Точно! А что хорошо?

— Хорошо пить хорошие напитки! Я вот, например, люблю вино. Но иногда с большим удовольствие могу выпить пару рюмок коньяка — особенно в отличной компании и под приятную беседу.

— Какой коньяк предпочитаешь?

— Я неоригинальна. Коньяк люблю французский. Причем необязательно произведенный во Франции. Вот «КиН» выпускает чудесный коньяк «Московский». Но у них, насколько я знаю, во Франции свои виноградники, да и технология вся французская.

— Между прочим, именно «КиН» развернул в России кампанию, призванную пропагандировать культуру пития…

— И правильно сделал, потому что с этим делом у многих граждан проблемы. Иногда до слез жалко какого-нибудь хорошего человека, который спивается на глазах. Я раньше таких частенько видела.

— Тутта, а вот представь: Лука вырастет, повзрослеет… Ты сама антиалкогольную линию внутри семьи проводить будешь?

— Ой, не знаю! Вообще мне кажется, что дети  в этом вопросе берут пример с родителей. Если папа с мамой не просыхают, так что ждать от ребенка?! Но мы-то с мужем приличные люди! И Лука это видит.
Хотя, конечно, на определенном этапе все совершают одни и те же ошибки. Надо в этот момент быть рядом, помочь, посоветовать — и не прекращать любить.

— Просто любопытно: что для тебя зрелость? Был ли в твоей жизни какой-то рубеж, после которого ты почувствовала себя взрослой?

— Гм. Видимо, я еще не созрела окончательно, потому что ни фига не чувствую себя взрослой и мудрой. Ужасно счастливой — да. Но описать это — слов нет таких.

— Ты влюбчива?

— Пожалуй. Но это не про секс, не про жизнь вместе. Влюбиться можно и в женщину, и в писателя, и в пожилого мудреца. По-человечески. Я преклоняюсь перед талантом и не могу не влюбляться в людей, которые умеют творить что-то прекрасное. Если говорить о любви, об отношениях с мужчинами — я очень сложно выбираю и каждый раз хочу, чтоб это было окончательно и навсегда. А моих мужчин можно пересчитать по пальцам одной руки, я не умею без любви, каждый из них был мне почти мужем, я пыталась строить семью. Кажется, случилось. В своего мужа я влюбляюсь по сто раз на дню.

— Что может заставить тебя заплакать?

— Вид несчастного ребенка. Война. Обида. Несправедливость. Хорошее кино или книжка. Любовь ко всему миру. Осознание собственной в нем ничтожности. Счастье. Когда абсолютно соединяешься с любимым человеком. Когда злюсь, тоже плачу. У меня вообще слезы близко.

— Если составить список из пяти самых важных для тебя вещей, понятий… Каков он будет?

— Вера, любовь, семья, люди, жизнь.

— Ты как-то обмолвилась: «Если Бог даст, готова хоть завтра снова делать деточек». Не передумала?

— Готова.

— И что, роды не пугают?

— А что пугаться-то? Таких родов, как у меня, мне кажется, просто не бывает. В три часа дня приехала, в 20.05 родила. Никакой стимуляции, никакой анестезии. Был момент, конечно, когда я боялась, что меня разорвет на тысячу маленьких ларсиков, но когда я увидела своего кочерыжку, это все мгновенно позабылось. Мне его сразу положили на живот, и он стал жаловаться. Не плакать, а именно жаловаться, как ему было тяжело, а я ему говорила, какой он молодец, что родился, и как я его люблю. Еще раз родить — не вопрос. Кстати, однажды мне приснилось, что у меня будет девочка по имени Марфа...

— Слушай, ты просто удивительная! А сама-то не потеряла способности удивляться?

— Да каждый день удивляет чем-нибудь! Иногда идешь по своей улице, поднимешь голову — а у тебя во дворе, оказывается, столетний дуб растет. Или в окно выглянешь в центре Москвы, а в небе радуга двойная. Мы так редко замечаем, что вокруг нас необъятный мир, полный чудес и удивительных встреч. Больше всего меня поражают люди. Каждую ночь перед сном я проматываю назад прожитый день и всегда нахожу, за что сказать спасибо.

— Несколько лет назад ты говорила: «Я мечтаю о бокале вина на веранде маленького домика в сосновом лесу с любимым мужчиной». Все так же? Без изменений?

— Все так же, только мечта стала реальностью. Правда, домик пока съемный, но это форма, а по содержанию все именно так, как мечталось. И не только. Меня очень изменило материнство. Я поняла, зачем живу. Приоритеты как-то выстроились сами собой и очень просто. Тусовки, работа, шоу-бизнес, флирт, тряпки — все отошло на задний план.

Возврат к списку


 

 

Еще не получили ДИПЛОМ ЗНАТОКА КОНЬЯКА??? — Срочно в Школу Знатоков Коньяка!!!